
Размешивая мокрую глину для формы и время от времени поглядывая на свою маленькую плавильную печь, Бахаго размышлял о будущем.
В Кано
Маленькое селение, затерявшееся в саванне на западе Африки, жило своей жизнью. Каждый как мог добывал себе пропитание. Каждый трудился для своей семьи. А когда случалось, что счастливая охота дарила людям много мяса, тогда пировали у праздничного костра и поили вином старейшину племени Маваки.
На языке людей хауса Маваки – певец. Но старейшина племени давно уже не пел. И на охоту старик ходил редко. Только иногда ставил ловушки. Не стало сил у Маваки. Все говорили о том, что его призывают к себе духи предков.
И настал день, когда Маваки уже не смог покинуть свою хижину. Он лежал безмолвно, не прикасаясь ни к еде, ни к прохладному вину, которое ему подавали внуки. Бахаго призадумался. Надо было идти в Кано, чтобы вернуться, пока старик еще жив. Иначе душа его, переселившись в тело животного или птицы, будет недовольна дурным поступком кузнеца и станет мстить. Бахаго больше всего боялся этого. И он сказал жене, что пора собираться в Кано. Макере уже семь лет. Больше откладывать нельзя.
– Теперь, когда у тебя за спиной уже не будет младенца, – говорил кузнец жене, – ты можешь потащить на голове корзину с вяленым мясом, с толченым просом для фуры…
